ВОСПОМИНАНИЕ О СМЕРТИ: СТР. 51

оглавление

На предыдущую страницу

А.: Заметили ли Вы еще какие-либо детали?

Ч.: Доктор А. был в своей униформе военно-воздушных сил, темно-голубых брюках со светло-голубой рубашкой, а медсестры были в официальном белом, которое они носят. Помню, куча людей смотрела из так называемого «аквариума». У них было большое окно между сестринской станцией и фактическим отделом интенсивной терапии как таковым, и была маленькая дверь прямо в углу, которая туда вела.

А.: Вы смотрели в то окно?

Ч.: Да.

А.: Вы заметили людей снаружи?

Ч.: Да. Там были люди, которые смотрели.

А.: Они были позади Вас?

Ч.: Должно быть, они были слева от меня и немного в стороне от моих ног.

А.: Вы заметили, кто это был?

Ч.: Нет, ведь все люди, которых я хорошо знал, были в палате вокруг меня…

А.: Вы слышали то, что они говорили?

Ч.: Да. Сначала это был монитор и непрерывный шум. Я слышал, как они выкрикивали ватт-секунды на дефибрилляторе – ватты или ватт-секунды.

А.: Это было страшно?

Ч.: Нет. Просто я был беспристрастен. Я не боялся, больно не было, будто меня там не было, но я видел все это… И опять, казалось, будто я был более-менее обособлен, смотрел на все откуда-то еще, совсем незаинтересованный наблюдатель. Без эмоций, без боли, будто и не я это был, будто смотрел на какого-то прохожего…

А.: Знали ли Вы тогда, кем Вы были, когда наблюдали?

Ч.: Да. Я знал, что это я, но меня это не беспокоило по некоторым причинам, но еще я знал, что происходит что-то серьезное, но и это меня не волновало. Вроде того: «Глянь, что они делают. Очень интересно!»

А.:

А.: Что Вы помните после того, как вернулись?

Ч.: Обратно в сознание?

А.: Да.

Ч.: Помню, что вокруг были все те же люди вокруг, они проверяли пульс, смотрели на монитор, кровяное давление.

А.: Вы тогда уже смотрели вверх из той позиции, где были?

Ч.: Да. Смотрел снизу вверх.

А.: Была ли существенная разница между тем, откуда Вы смотрели вверх, и тем, откуда Вы наблюдали это перед тем?

Ч.: Да. Существенная. Я не могу определить позицию, где я был, но это казалось амфитеатром, и я его наблюдал. Я был в футе от кровати или на другой стороне…

А.: Чувствовали ли Вы, что можете переместиться куда-либо еще, когда были в той обособленной позиции?

Ч.: Я мог как-то бродить. Я был волен делать все, что хочу, но больше вокруг, чтоб смотреть происходящее…

А.: Раньше Вы видели реанимацию?

Ч.: Нет. Никогда.

А.: А в телевизионной программе?

Ч.: Не помню, чтобы когда-либо видел это на ТВ.

А.: Видели ли Вы когда-либо работу дефибриллятора раньше?

Ч.: Никогда.

Вкратце, этот мужчина утверждал, что видел следующие события во время своего автоскопического околосмертного опыта: доктора и медсестры вбегали в его CCUпалату; инъекция капельницы; кардиальная доска была помещена за его спину; движение циферблатов спереди дефибриллятора, когда он был заряжен; нажатие «кнопок» на верхушке лопастей дефибриллятора для разрядки дефибриллятора; тряску своего тела при каждой из трех отдельных дефибрилляций; внешний массаж сердца между попытками дефибрилляции; светло-зеленая кислородная маска, которая «шипела» под «давлением» над его лицом во время процедуры.

Комментарий: медицинская запись этого мужчины указывает, что у него была остановка сердца в CCUранним утром его второго дня в госпитале. Он был успешно дефибриллирован. Специфические детали процедуры не описаны.

С общемедицинской точки зрения, автоскопический отчет этого человека об его реанимации точно описывает то, что можно ожидать во время процедуры CPR, проведенной высококвалифицированным персоналом по всем параметрам отдела интенсивной терапии. Я был особенно очарован его описанием «фиксированной» стрелки и «двигающейся» стрелки спереди дефибриллятора, когда тот был подключен к электричеству. Движение этих двух стрелок не является чем-то, что он мог наблюдать до того, как увидит этот инструмент в действии. Эти две стрелки, используемые по отдельности: (1) для предварительной выборки количества электричества, поставляемого пациенту («они двигали фиксированную стрелку, и она так и оставалась») и (2) для определения того, что дефибриллятор заряжен для заранее выбранной кондиции («движущаяся стрелка казалась очень медленно движущейся. Она не прыгала вверх, как амперметре или вольтметре или чем-то регистрирующем»). Эта процедура зарядки единственно производилась непосредственно перед дефибрилляцией, поскольку, заряженная один раз, эта машина создает серьезную электрическую угрозу до тех пор, пока не будет корректно разряжена определенным образом. Более того, измерители описанного этим мужчиной типа не найти в более современных моделях дефибриллятора, они были в общем употреблении в 1973, во время остановки его сердца.

При своем обучении как военного пилота контактировал ли этот человек с инструментами CPR и знакомился ли с техниками, которые позволили бы ему так точно и детально сообщить о собственной реанимации без наблюдений своего автоскопического околосмертного опыта? На протяжение интервью, он использовал различные медицинские термины («лидокаиновые толчки», «дефибриллятор», «ватт-секунды» и т.д.), что позволяет предположить, что он обладал довольно продвинутыми знаниями медицинского жаргона и процедур. Быв спрошен на этот счет, он объяснил это тем, что уделял особое внимание тому, что было произнесено во время его автоскопического NDE и мог вспомнить большинство слов и разговоров присутствующих докторов и медсестер («слышал, как они выкрикивали ватт-секунды на дефибрилляторе  - ватты или ватт-секунды»). Более того, он категорически отрицал то, что когда-либо видел процедуру CPR, включая движения стрелок на дефибрилляторе. Тон интервью и последующих разговоров, который был у меня с этим мужчиной, убедил меня в том, что у него не было причин лгать по поводу этих заявлений. Я чувствовал так частично по причине его последовательного преуменьшения значения своего личного опыта на всем протяжении наших бесед. Когда он был довольно-таки уверен в том, что наблюдал за собственной реанимацией как если бы «был отделенным и стоящим в стороне» и что наблюдаемые им вещи были реальны, он, тем не менее, не был впечатлен происшедшим как таковым. Он был одним из тех немногих лиц, проинтервьюированных мною, кто не был убежден, что его околосмертный опыт представляет собой нечто необычное:

Это похоже на сон. Ты отделен от предмета и смотришь на него, как наблюдатель… Реально единственным объяснением, которое у меня могло быть, это то, что мозг продолжает функционировать даже тогда, когда частично мертв или кислородно голодает. Все верят, что ты без сознания, но ты продолжаешь воспринимать вещи даже когда не можешь двигаться или говорить… визуально и аудиально [воспринимать вещи]… Вот как. Это не изменило моих мыслей о жизни, смерти, потустороннем мире и чем-либо еще. Это – один из фактов жизни, который ты не можешь объяснить.

Через два с половиной года после первого интервью этот мужчина последовательно придерживался того же отношения к своему околосмертному опыту в наших общих с ним беседах.

На следующую страницу

tags:

Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru Индекс цитирования
Back to Top