ВОСПОМИНАНИЯ О СМЕРТИ: СТР.12

оглавление

На предыдущую страницу

«Визуализированные» детали

Эти «визуальные» восприятия были описаны как ясные и отчетливые во всех случаях, кроме трех. Даже когда персона чувствовала, что ее «визуальная» перцепция непрерывных событий не была отчетливой, значительная часть реанимирования все же вспоминалась. А именно: 66летний почтовый клерк был госпитализирован в отделение неотложной помощи Университета Флориды в декабре 1977 с серьезным сердечным приступом. Подвергаясь оценке в приемном покое, он претерпел длительную остановку сердца, которая потребовала восемь отдельных электрических шоков (кардиоверсий)  на груди, пока сердечный ритм не восстановился. В интервью вскоре после этого он рассказал мне, что после «отключки» он обрелся «стоящим в дверном проеме» приемного покоя, наблюдая за своей реанимацией. Хотя он «видел предметы несколько нечетко», он был способен различать «визуально» начальный удар грудной клетки («они выбили дерьмо из моей груди»), форму и цвет лопастей дефибриллятора, используемых «шокировать» его сердце, и общий вид своего физического тела во время искусственного дыхания и электрических шоков. (I-13)

Из автоскопических визуализаций, бывших «чистыми и четкими», многие были доложены довольно подробно. Следующий опыт был описан сорокачетырехлетним мужчиной, претерпевшим обширный сердечный приступ и остановку сердца в отделении интенсивной терапии во время своего второго дня в госпитале. Его реанимирование потребовало нескольких электрических шоков на груди. Из своего наблюдательного пункта, отделенного от его физического тела, он был способен наблюдать тщательно и затем вспомнить, между прочим, движение измерительных стрелок на мониторе прибора (дефибриллятора), который подавал электрический шок к его груди. Он никогда раньше не видел дефибриллятора в действии.  

Я был почти как оторванный, держащийся на расстоянии в стороне и смотрящий на все, что происходило, я не был участником вообще, а незаинтересованным наблюдателем… Первым, что они сделали – ввели инъекцию внутривенно; резиновая прокладка имелась там для толчков… Потом они подняли меня и переместили на фанеру. Это когда доктор А начал делать удары по груди… Был кислород на мне, одна из тех носовых трубочек, и они вынули это и положили на лицо маску, которая накрывала рот и нос. Это была разновидность вещи для давления… сорт мягкой пластиковой маски, светло-зеленого цвета… Я помню их перетаскивающих тележку, дефибриллятор, вещь с лопастями на ней... У ней был счетчик на мониторе… Она была квадратная и имела на себе пару стрелок, одну фиксированную, а другую движущуюся… [Стрелка], казалось, шла вверх достаточно медленно, правда. Она не только возникала, как в амперметре или вольтметре, или в чем-то измерительном… В первый раз она была между 1/3 и ½ шкалы. И потом они сделали это снова, и в это раз она зашла за ½ шкалы, ив третий раз она была около ¾… Фиксированная стрелка двигалась каждый раз, когда они ударяли кулаком предмет и кто-то путался с ним. И я думаю, они двигали фиксированную стрелку, и она оставалась неподвижной в то время, когда другая поднималась… [Дефибриллятор] имел связку дисков. Он был на колесах с маленькой оградой вокруг, и они имели на нем материал. И у них было две лопасти, связанных с проводами… как круглый диск с рукоятками на нем… Они держали один в руках и положили его на мою грудь… Я думаю, это было похоже на рукоятку с кнопками на ней… Я мог видеть себя трясущимся». (I-32)

Еще одно «визуальное» описание предсмертнокризисного события – на этот раз, больших эпилептических приступов, связанных с тяжелой токсемией беременности семнадцать лет до этого – было дано тридцатисемилетней домохозяйкой, как если бы она сидела «на балконе, смотря вниз». По ее словам, это был единственный приступ, который она когда-либо видела.

Я знала, что что-то должно произойти… и потом потеряла сознание… и я смотрела вниз и могла видеть себя приходящую в конвульсии, и я начинала падать с койки, и девушка с соседней койки кричала на медсестер… Медсестра поймала меня и положила обратно, и к тому времени было две других медсестры там, и одна  вернулась почти сразу с депрессором для моего языка. Они подняли бока на койке и позвали доктора… Было ощущение высоты, великой дистанции, светлое чувство, будто смотрела с балкона вниз и видела все это, и чувство было очень беспристрастным, как будто смотрела на кого-то еще, как Вы смотрите кино… Это было очень спокойным, релаксирующим чувством, чувством благополучия… Все было ясно видно, как смотришь телевизор… Мне казалось очень уродливым видеть свое тело мечущимся по кровати… и манера, в которой я дергалась вокруг… было очень страшно девушке с другой койки… Конвульсия не длилась очень долго, и следующей вещью, которую я знала – я не знаю, как изменение происходит, но я проснулась следующим утром и вернулась в себя снова. (I-28-2)

На следующую страницу

tags:

Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru Индекс цитирования
Back to Top